Татьяна Сенина (ts) wrote,
Татьяна Сенина
ts

КАК ЭТО БЫЛО. 4. Страшный сон.

Жив курилка. Посему, как и обещала...

Учительница по литературе, она же Е.В., позвонила мне 24 сентября. Только через несколько лет я узнала, что это был за день - память св. Силуана Афонского.

Как рассказывала потом мне сама Е.В., ее "словно кто-то теребил: где Таня Сенина? надо ее найти..." Надо сказать, что пока я училась в школе, мы с ней никогда не общались "за жизнь". Она мне в общем нравилась как преподаватель и как человек, сколько я могла о ней судить, наблюдая ее во время учебы (пожалуй, это была моя любимая учительница); она меня, видимо, как-то там любила как хорошую ученицу; но ничего дальше этого не было, на какие-то посторонние темы мы не общались. Я даже не особо задумывалась над тем, насколько она верующая, хотя по тому, как она подавала нам разные произведения, можно было сделать соответствующие выводы. И вот, она специально пошла искать какие-то наши классные журналы, нашла там мой телефон и позвонила. Меня не было дома, и с ней говорила моя мама. Е.В. спросила: "Как там Таня? говорят, она никуда не поступила". Мама сказала: "Да нет, поступила и учится на вечернем в университете". - "А что же она не зайдет?"

Вообще-то, я собиралась зайти к Е.В. и вообще в школу, но все как-то не могла собраться, откладывала и откладывала... А тут уже она звонит сама - вроде как-то неудобно... И я решила пойти к ней в ближайшее время.

Через три дня, под Крестовоздвижение мне приснился страшный сон. Вообще, св. отцы запрещают рассказывать сны; у св. Симеона Нового Богослова сказано, что у неочистившихся от страстей не может быть истинных снов, а все сны "ложны и беспорядочны, и всё в них обман и прелесть явная". Но этот сон был действительно особенный, и можно сказать, что он сбылся, поэтому я все же его расскажу.

Необычным было уже то, что сон был совершенно реальный. Обычно, когда что-то снится, то даже во сне уже как-то на заднем плане понимаешь, что это сон; по кр. мере, в процессе просыпания точно сознаешь это. Этот сон был не такой; ни до, ни после мне так уже ничего не снилось.

Мне снилось, что я где-то сижу и читаю какую-то книжку. Ко мне подходит В.К., садится рядом и тихо говорит: "Трава должна прорасти". Во мне это сразу же ассоциировалось с песней из известного фильма:

Но снова прорастет трава
Сквозь все преграды и напасти
Любовь - волшебная страна,
Ведь только в ней бывает счастье.


Я сразу же думаю: значит, все будет хорошо! - и с надеждой спрашиваю: "Это скоро, да?.." Но он - поняв, что я имею в виду (понимание того, о чем мы говорим, идет как-то помимо слов, которые говорятся; т.е. слова вроде сами по себе почти бессмысленны, но за ними стоит контекст, который понимается без слов), - так смотрит на меня, что внутри у меня все холодеет, и говорит: "Нет, ты не поняла. Моя трава уже не прорастет". Я говорю: "Но ведь после зимы всегда приходит весна!" Но он отвечает: "Нет..." - и начинает объяснять, что не может меня любить, что пришел час прощания, и что уже ничто не поможет... И холодом каким-то от него... каким-то смертным... А я уже в таком состоянии, что даже не понимаю, что он говорит, почти не слышу слов... Потом мы встаем и идем вместе по улице; и это та улица, где я живу. Навстречу нам попадается какой-то мужик, который заглядывает нам в лицо и восклицает: "Эх! сказал бы я, что вот, счастливая пара, если бы не видел: к концу идете!.." Мы проходим вдоль моего дома, входим в мою парадную, садимся в лифт, поднимаемся на мой этаж, я выхожу, а В.К. нажимает на первый, двери лифта захлопываются, и он уезжает. Я совершенно точно знаю, что это конец, и что я его больше никогда не увижу. Я звоню в дверь, открывает папа, я быстро прохожу мимо него, опустив голову, чтобы он не заметил, что со мной творится, влетаю в свою комнату, бросаюсь на кровать...

и тут я просыпаюсь на этой самой кровати.

Переход от сна к реальности был таков, что была полная иллюзия того, что все это было по-настоящему вот прямо сейчас. Я была в ужасе. Ужас был тем более велик, что я всерьез принимала теорию Шри Ауробиндо относительно снов, и теперь по ней выходило, что мне ничего "не светит"... Не помню точно, но кажется, я тогда не молилась, потому что ведь - кому было молиться? - в учении ША не было личного Бога.

Я пыталась как-то успокоить себя тем, что может, этот сон значит не совсем то, и т.п., но ужас не проходил.

И я наконец собралась пойти к Е.В. При этом у меня была мысль показать ей какой-нибудь свой стих. Но меня останавливало то, что практически все до одного мои стихи были сугубо личного свойства и затрагивали известную тему. Но тут как раз и случай подвернулся. На следующий день после звонка Е.В. меня как-то угораздило написать стих на память Виктора Цоя (он как раз погиб тем летом; но вот, почему-то мне пришло вдохновение написать о нем именно тогда, в сентябре). Этот-то стих я и решила показать литературше. И неспроста все это было, потому что именно этот стих и сыграл решающее значение в том, как повернулся наш разговор...

Итак, я купила цветы и отправилась в гости к Е.В. в родную школу.

(Продолжение следует).
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments